Джи Джи Хадид

Что, если бы существовала другая Джи Джи Хадид, альтернативная? В то время, когда одна повернула бы вправо, подписала контракт с IMG, учась в школе в Малибу и завершала показы мод, являясь лицом рекламных кампаний, другая могла бы повернуть влево. «Я могла бы играть в волейбол в колледже и стать тренером», - говорит она. А может, любовь всей жизни к искусству могла повернуть к карьере в развлекательном парке: «У меня была фантазия о работе в парке Диснея». Что осталось бы неизменным? Ей по-прежнему очень нравились бы документальные фильмы. У неё сохранилось бы то же ответственное отношение к работе, шутливая сторона личности, глубокая любовь к семье и жажда к знаниям, то есть те качества, проявившиеся в ходе нашей беседы, которые её близкие любят в ней больше всего. Где же находится истинная Джи Джи?

Этот год предоставил Хадид шанс найти способ работы, который помогает ей чувствовать свою целостность и предоставляет возможность показать миру сторону личности, не отражённую в фотографиях. Прошлой зимой Хадид, в возрасте 27 лет, запустила «Guest In Residence», линию кашемировых изделий. Главной идеей является то, что эту одежду можно будет носить в течение многих лет, а потом передавать по наследству родственникам. Бизнес построен на знаниях, приобретённых во время сотрудничества с легендами дизайна и учителями такими, как Томми Хилфигер и Донателла Версаче (тоже Телец, упоминает Джи Джи). Одновременно, появляется чувство постоянства, а это то, чего недостаточно, но необходимо. Карантин и рождение дочери Кайи, которой исполнилось два, предоставили время, чтобы серьёзно обдумать, как перезапуск карьеры может улучшить её жизнь. «Когда я забеременела, я начала задумываться о том, что я хочу делать после. Всё стало возвращаться в более стабильном графике, когда мне не нужно было ехать в другую страну каждую неделю. А это очень стабильно. У меня есть офис, в котором я работаю. Я знаю здесь всех. Мне не нужно выглядеть нужным образом, приходя на работу. Это новый опыт для меня, и он пришёл в правильное время, как раз тогда, когда я к нему подготовилась», - говорит она, сидя в своём офисе в Манхэттане, одетая в свободный топ, производства «Guest In Residence», с джинсами и уггами. (Днём ранее, она была одета в топ с блёстками, позируя на строительном кране в небе над Манхэттаном, в фотосессии для Maybelline.)

«Мне всегда нравилось находиться в группе креативных людей», - говорит она. Она указала на длинный, высокий стол и объяснила, что специально заказала именно этот стиль для своего офиса «потому, что я хотела, чтобы присутствовало ощущение того, что я нахожусь в своём школьном классе рисования». Она живёт совсем рядом и заходит в офис даже когда никакие совещания не запланированы, а команда сотрудников просит её «смотаться», - шутит Джи Джи.

«Guest In Residence» состоит из набора предметов, тесно связанных с сезонами года. Линия включает штаны и бельё, кардиганы и пуловеры. Всё это отражает собственный, спокойный стиль Хадид. «Здесь присутствует чувство простоты, которое я всегда стараюсь смешать с образом жизни и личностным стилем разных людей, разных возрастов. Думаю, то, что объединяет всех этих людей, это желание самовыражения. Я надеюсь, самые разные люди смогут найти себя в этих предметах одежды», - говорит она.

Являясь основателем и креативным директором, Хадид считает Версаче моделью для подражания своей способности быть «боссом, который не грубит никогда». В свою очередь, Версаче считает Хадид частью своей семьи. «Она обладает невероятным женственным влиянием, её внутренняя сила сияет изнутри», - говорит Джи Джи. «Она самая добрая женщина из всех, которых я знаю, семья имеет очень большое значение для неё, так же, как и для меня». Хилфигер, который работал вместе с Хадид над коллекцией «Томми и Хадид», говорит примерно то же самое: «В течение всей её карьеры, она стала обладателем очень многих фантастических достижений, но именно её личные качества и скромная энергия отличают её от всех остальных». Он добавляет, что не удивлён видеть её во главе собственного брэнда.

В марте Хадид начала своё первое продолжительное присутствие на телевидении, когда присоединилась ко второму сезону сериала «Скоро в моде», в котором она является ведущей, вместе с Таном Франсом. Она фанатка реалити-шоу, она смотрела всё, начиная от «Стеклодувов», заканчивая «Мастерами Лего», кроме того, она победила в «Лучшем поваре», а Франс её друг, поэтому «это ощущалось безопасным местом, чтобы погрузиться», - сказала она. «Но Нетфликс отнеслись ко мне серьёзно. Они пропустили меня через процесс прослушиваний. Я с уважением отношусь к этому, поэтому я чувствовала себя уверенно, когда получила эту работу. Было чувство того, что я заслужила её в их глазах. Иногда появляется синдром самозванца, когда ты думаешь: «Окей, они дали мне эту работу из-за большого числа моих подписчиков в соцсетях?» Тот факт, что они серьёзно интересовались моими намерениями, помог мне впрыгнуть в этот проект с головой. Если они считают, что я справлюсь, то это придаёт мне больше уверенности, которой не было бы в противном случае». Телешоу помогло высветить, на первый взгляд, невидимые особенности Хадид: «Люди говорят, что я всех веселю. Не знаю. Думаю, чем больше времени мне предоставляется, тем больше возможности подурачиться».

После десяти лет на глазах у публики, Хадид всё ещё учится тому, каким образом мир её воспринимает. Делясь мгновениями своей жизни, она создала такое число подписчиков в Интернете (на данный момент 80 миллионов в Инстаграме), которое, и с этим можно поспорить, помогло ей занять своё место в индустрии высокой моды. Но этот успех привёл к сверх раздутой известности, которая стала причиной слухов и сделала её мишенью для папарацци. В 2021 году заголовки статей предполагали конфронтацию между её мамой и Зайаном Маликом (её партнёром и отцом Кайи). Малик обсуждал это в Твиттере. Он отверг предположения о домашнем насилии. Совместное воспитание ребёнка было продемонстрировано в средствах массовой информации и Инстаграме. В течении десятилетия она старается удержать хрупкий баланс и не допустить раскрытия конфиденциальной личной информации потому, что такая ошибка может стать причиной разбирательства в суде. «Я очень рано узнала то, как мир реагирует, когда ты делишься некоторыми личными вещами. Иногда сказанное воспринимается вне контекста. Иногда ты чувствуешь, что рассказала слишком многое и этим начинают пользоваться в своих интересах. Независимо от того, какими именно были эти жизненные ситуации, ты наращиваешь непробиваемую кожу», - говорит она.

Она достигла уровня понимания, что её жизнь генерирует заголовки статей. А помогает ей пройти через критику «понимание того, что это не имеет значения. Однажды Серена Уильямс сказала мне: «В прессе ничего не живёт дольше трёх недель». Тебе кажется, что твоя жизнь окончена, - добавляет Хадид, - но, если это была просто ошибка, то всё пройдёт. Думаю, дело в том, чтобы не воспринимать себя слишком серьёзно. Нужно считать, что когда ты окажешься на смертном ложе, ты не вспомнишь то неказистое интервью, которое давала в 19 лет».

Я спросила: «Что такого мы не знаем о тебе из заголовков статей и постов в Интернете?» Она сделала паузу и, неожиданно, её глаза наполнили слёзы. «Что мир не знает обо мне? Ну, не знаю. Думая об этом, я становлюсь эмоциональной. Думаю, я такой человек, с которым нужно пообщаться лично, чтобы понять. Это не трудно. Я не возражаю. Моя работа состоит из фотоснимков», - говорит она, смахивая слёзы и скромно извиняясь. «Да нет, всё в порядке. Наверное, мне нужно высказаться. Существует множество фотографий и быстро снятых кадров, которые, повторю ещё раз, не содержат контекста». Она добавляет, что видит своё участие в реалити-шоу в качестве шанса неспешно раскрыть и продемонстрировать себя иначе, чем то, что отражено на фотографиях папарацци. Впервые в своей карьере, говорит она, «я ходила в одну и ту же студию в течение месяца, где работала команда из 100 человек. Ты на самом деле начинаешь ощущать чувство сообщества, которого я всегда ждала, появляется чувство комфорта, чувство места и времени, чтобы показать себя на экране правильно».

Терапия помогла им обеим, Джи Джи и её сестре Белле, справиться с трудностями работы модели, в то же время, разобраться в прошлом, которое они характеризуют по разному: «Существуют разные вещи, которые мы обе, наверное, понимаем с разных сторон, но всегда существует то, что нас объединяет». Хадид поняла, что она может сама устанавливать стандарты отношения к себе. «Должны быть границы. Даже когда папарацци подходит и говорит: «Привет, как жизнь?» Я знаю этого человека, я видела его на другой стороне улицы в течение пяти лет, но, когда рядом присутствует мой ребёнок, то пожалуйста, не надо направлять на него вспышку фотокамеры. Иногда приходится быть чрезмерно настойчивой и это не означает грубость. Это расставление границ».

Она обладает физическими ограничениями и её здоровье требует, чтобы она не умалчивала их. В 2016 году Хадид говорила о болезни Хашимото, это хроническое аутоиммунное воспаление щитовидной железы с лимфоцитарной инфильтрацией, которое является причиной утомляемости и трудности регулирования температуры тела, поэтому ей приходится учитывать это в течение своего рабочего дня. «Обычно я сплю во время обеденного перерыва и перекусываю, когда делаю мейкап. С этой трудностью мне пришлось научиться справляться. Иногда я чувствую себя лучше, иногда хуже. Во время фотосессии, на которой очень холодно, моему телу требуется очень много времени, чтобы подстроиться, поэтому иногда появляется дрожь». Фотосессия на жаре тоже оказывает влияние. «Мне приходиться сообщать своей команде о времени перерыва. Они всегда относятся с пониманием и поддерживают меня. Кроме того, думаю, я научилась справляться с этим, я нашла то, что помогает мне во время рабочего дня, поэтому я могу показать наилучший результат».

Хадид утверждает, что это именно её дочь Кайя, кто знает и видит её со всех ракурсов. «Конечно, она видит меня в любом состоянии и в любом виде. Понимает она это или нет, но я учусь жизни вместе с ней. Думаю, она обладает очень реалистичным, круглосуточным обзором. Мы болтаем с ней посреди ночи, если она не спит, мы обсуждаем самые разные вещи и веселимся. Рождение дочери заставило меня правильно ценить хаос, хотя оно повлияло на мою жизнь так, что мне больше хочется стабильности, бывать на показах и фотосессиях, просто снова быть в городе, быть в кругу друзей, быть вместе со всеми, кто тоже пережил Ковид – я начала ценить обе стороны всего этого».

Последний вопрос перед отлётом в Париж: чему она ещё хочет научиться? Она отвечает без паузы: «Всему», и её лицо озаряется светом.